ФОНД Діани Макарової: О психологической разгрузке

[bytebuster]

 // Гарна стаття, не пропустіть.

Перепост допису nazavzhdy @ lenta_ua: ФОНД Діани Макарової: О ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ РАЗГРУЗКЕ
- А ещё... - замялся он.
Потом улыбнулся и, кажется, даже покраснел слегка.
- Ещё нам можно спиннеров?
- На батальон? - не моргнув глазом спросила я.
- Ну, нет. Несколько. Шесть. Или даже восемь. Или сколько получится. Они помогают, я пробовал.

---

Мы перед этим говорили. Долго, очень долго. Так долго, как мы и не рассчитывали говорить.
Мы рассчитывали так - приезд, выгрузка, блиц-опрос. Что подошло, чего бы ещё больше, а чему дать отбой - горшочек, не вари.
Скобы ещё надо? Надо.
Кабель надо? Нет, хватит того, что прислали.
Планшеты? Есть, хватит.
Мозги компьютерам, чтобы нормально видеть камеры и данные аэроразведки? Надо, очень надо!
Так мы рассчитывали, так обычно бывает. Поговорили двадцать минут, ну, полчаса - и в путь.

А он подскочил на своей командирской, запылённой - мы обнялись, он махнул рукой - за мной, во внутренний двор. Сделал почти незаметные пассы - девочки, чаю, кофе. Старшина, принимай, что волонтёры привезли. Ко мне не пускать.
Так я расшифровала эти указания, сделанные последней фалангой мизинца левой руки, большим пальцем правой, левою бровью и правым уголком губ.
Я хмыкнула и сделала пассы своей команде - Рита и Женя сидеть в машине, к часовому не подходить, и никакого флирта, Санди за мной, готовь блокнот, Паша с нами, включай мозги, ты единственный, кто знает содержимое наших складов назубок.
Всё это я сделала левой бровью - команда давно умеет расшифровывать все знаки моей левой брови.
- Неплохо. - сделал он пасс шевроном, заметив наши переговоры.
- А я мозги и не выключаю. - обиженно сделал Паша пасс левым ухом.
- Бугага... - шевельнулась пассом кепка на старшине.

Мы сели за стол.
- Чай, кофе? - спросил он
- эээээ... - посмотрели на меня Санди и Паша.
- Нет. - резко отказалась я. - Давайте поговорим.
- Давайте. - благодарно сказал он.
И начал говорить.

Он говорил, мы слушали.
Он говорил о секторных штабных тыловых шаркунах. О том, как ему сегодня сделали выволочку за двух раненых. И о том, как не заметили убитых ранее.
О том, как сложно выбить хоть что-то по хозяйству, и о том, что не хватает боеприпасов.
О том, что опять подожгли блиндажы, и снова надо восстанавливать. И надо бы идти вперёд, есть силы - но не пускают. Требуют отчёта за каждый бой - почему отвечали, у нас перемирие!
Об отчаянии, которое захлёстывает иногда так, как не захлёстывало даже летом четырнадцатого, потому что летом четырнадцатого у него было много потерь, но они шли вперёд, а сейчас тоже потери, но мы сидим. О том, что вот плюну на всё и уеду куда-нибудь на учёбу, и ну её к чертям, эту войну, в которой не позволяют воевать! - но тут же оживала рация, и он кричал в неё что-то, потом удовлетворённо улыбался. и было понятно, что ничего он к чертям не кинет, что он уже врос в эту войну, и не позволит ей окончиться без его участия.

Он говорил, и ничего нового мы не слышали в его рассказу. Мы молчали, а ему и не нужны были наши ответы.
Ему нужно было говорить.

- До свидания. Спасибо вам. - сказал он, когда мы прощались у нашей машины, а старшина чуть позади приплясывал с рацией в руке - всех их ждала работа, и покаркивающая рация напоминала об этом точно и кратко.
- Будьте осторожны. Той дорогой не едьте. Едьте этой, но быстро. Тут сейчас начнётся. - сказал он, досадливо делая пасс кобурой старшине, погоди, мол, и добавил: - Спасибо вам.
- За что? - рассмеялась я.
- За всё. И за этот разговор тоже. Мне нужен был этот разговор. Вы хорошо слушали, а я выговорился. И мне стало легче.
Я кивнула. Я понимала.

- А ещё... - замялся он.
Потом улыбнулся и, кажется, даже покраснел слегка.
- Ещё нам можно спиннеров?
- На батальон? - не моргнув глазом спросила я.
- Ну, нет. Несколько. Шесть. Или даже восемь. Или сколько получится. Они помогают, я пробовал.

И я опять кивнула.
Он толковый командир. Я это вижу. И эта смешная просьба о спиннерах - это просьба толкового командира.
И я сделала пасс хлястиком куртки в сторону экипажа - чтоб не вздумали смеяться.
- А мы и не собирались. Мы понимаем. - начал делать пассы экипаж.
И мы уехали.

...
- Ди, мне верить своим глазам? У нас в заявках и правда записаны спиннеры? - смеясь, спросила у меня сегодня Аня Косинова.
- Да, именно так. - не улыбнувшись, отстучала я в мессенджере, как рация каркнула, хрипло и точно.
- Ммммм... А как мы по ним отчитываться будем? Люди нас поймут? - улыбнулась в строчках мессенджера Аня.
- А мы напишем отдельный пост. И назовём его постом о психологической разгрузке. И люди поймут.

Все мы многому научились за эти скоро четыре года войны. И нас не удивишь невероятными заявками.
А здесь - просто спиннеры. Просто такая игрушка. Покрутил на пальце - и чуть успокоился.
Можно чётки.
Можно семки.
Можно заботиться о котёнке или собачке, что прибилась к подразделению и так и ездит фронтами.
А можно спиннер.
Детская игрушка для серьёзной взрослой психологической разгрузки. Хоть на несколько минут. Хоть ненадолго. Такой эрзац-психолог - как наша та беседа, как остальные наши похожие беседы, когда они говорят, говорят, а мы слушаем, слушаем...
... и им становится легче. По крайней мере они так говорят. Но говорят они, уже улыбаясь. А нам так надо, чтобы они улыбались.

Кто может купить и привезти в Ф.О.Н.Д. партию спиннеров?
Нам нужно. И не только для этого батальона. Нам нужны спиннеры для фронта. Вы не поверите - но они нужны.
Как нужны мыльные пузыри Татьяны Рожковой, как нужны рисунки от детей, и эти собаки-кошки, которых в каждом подразделении стаями.
Если это помогает переключиться, слегка успокоить издёрганные нервы - тогда они нужны.

А если кто-то решит принять участие в такой смешной, но такой НЕсмешной закупке - вот наши реквизиты.
Они работают и для других закупок - скоб, электроники, оптики, плёнки, запчастей...
И спиннеры. Хоть сколько. Хоть немного.
:)
Спасибо, люди.

... и сделала пасс левой бровью

https://www.facebook.com/diana.makarova.37/posts/1584728884921140

Реквізити Ф.О.Н.Ду Діани Макарової.