![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bytebuster
// КаSSаби і в цьому брешуть. Ніякий Пьотр не засновував міста на берегах Нєви.Originally posted by
grzegorz_b at Про неизвестный город Ниен, впоследствии переименованный в известный Санкт-Петербург.Originally posted by mysliwiec at Про неизвестный город Ниен, впоследствии переименованный в известный Санкт-Петербург.
mysliwiec at Про неизвестный город Ниен, впоследствии переименованный в известный Санкт-Петербург.Leonid Storch: Это одна из моих самых любимых географических карт.
Составленная в период между 1635 и 1645 гг., она запечатлела мой родной город за 70 лет до того, как он якобы был основан Петром I.
В действительности он был основан еще в 1611 г. шведами и представлял собой город Ниен (Nyen, т.е., Нева; вариант названия - Nyenstadt) с крепостью Ниеншанц (Nyenskans) на правом берегу Невы, в районе Охты, и целый конгломерат поселений, раскинутых вокруг.
Во второй половине 17 в. население Ниена достигло 2000 человек. В нем была ратуша, больница, две церкви, шведская и немецкая, а через Неву, на месте нынешнего Смольного монастыря, находилась и православная церковь.
В Ниене было немало хороших пильных заводов и строились надежные корабли. На традиционную трехнедельную августовскую ярмарку в город съезжались купцы со всей Северной Европы. Из Новгорода, Тихвина, Ладоги сюда привозили рожь, овес, горох, свинину, говядину, сало, масло, лососину, деготь, смолу, пеньку, лен и лес. Через Новгород поступали и пользовавшиеся большой популярностью в Европе восточные ткани: шелк, плюш, дамаск, а также шкуры, кожи, меха и холсты. А из Северной Европы импортировали металлы: железо, медь, свинец, зеркала, английское и голландское сукно, немецкие шерстяные ткани, бархат и шляпы.
Инфраструктура «Большого Ниена» включала в себя 40 деревень, как ижорских, так и русских, и несколько шведских усадьб. На Васильевском о-ве, где я вырос, вдоль берегов Малой Невы, располагалась деревня Хирвисари. Можно предположить, что в самом начале 18 века, до того, как эти территории попали под контроль Петра I, население «Большого Ниена» составляло не менее 4000-5000 человек, что было совсем немало по тогдашним временам.
Российская историография предпочла вычеркнуть 92 года из истории города и представила дело так, что к моменту появления тут русских войск, устье Невы являло собой безлюдные «берега пустынных волн», на которых постоял Петр, «дум великих полн», и решил основать там стольный град Санктъ-Петербурхъ.
Вопреки «пустынности» невских берегов, прибывшие русские вельможи селились в домах, ранее принадлежащихместной шведской знати (например, имение шведского майора Эриха Берндта фон Коноу стало Летним садом); кирпич для строительства Петропавловской крепости производился тут же, в Ниене; продовольствие поставлялось из деревень «Большого Ниена».
Впоследствии по приказу Петра I крепость Ниеншанц была разрушена — видимо, чтобы уничтожить конкурента в борьбе за право исторического первородства. Остатки крепости были обнаружены во время археологических раскопок в конце 1990-х гг. в районе Красногвардейской площади.
Более того, на месте раскопок в 2003 г. удалось создать музей Ниеншанца, но когда через несколько лет они стали мешать "Газпрому" строить печально известный "Охта-центр", музей вырвали из естественного места расположения и со всеми обнаруженными артифактами перенесли подальше, а восстановление развалин остановили.
Парадокс ситуации состоит в том, что каждый город пытается найти корни своего происхождения и гордится, если удается доказать, что его родословная оказалась древнее хотя бы на десяток лет. Однако у города на Неве безжалостно вырвали целую главу из его истории и украли у него почти целый век жизни.
Лично я отказываюсь считать 1703 годом основания города. Закладка Петропавловской крепости московитами в 1703 г. — не более значимое событие, чем закладка крепости Ниеншанц шведами в 1611 г.
В заключении скажу, что Ниен - не самое древнее поселение, которое стояло в устье Невы. В 1300 г. те же шведы возвели там же, в районе Охты, крепость под названием Ландскрона, которая, правда, уже через несколько лет была разрушена новгородскими войсками.
Но и на месте Ландскроны и Ниеншанца были найдены развалины еще более древнего новгородского городища, датируемого по меньшей мере 13 веком. В отличие от Ландскроны и Ниена это городище даже не упоминается в исторических документах.
P.S.
Карта ориентирована с юга на север (как это было принято в те времена), а точнее даже с северо-востока на юго-запад.
Для того чтобы было проще узнать изображенную местность, я пере-ориентировал изображение.
Поэтому, чтобы прочитать все надписи на карте, необходимо перевернуть изображение обратно.
Перевод надписей со шведского на русский представлен здесь: http://www.vostlit.info/…/Sweden/Karta_Nevy_1640/text.phtml…
Там же содержится описание и истории карты, и принципов ее датировки.
PP.S. Некоторые из материалов о Ниене и допетровской истории нашего города:
http://studopedia.org/1-65760.html
http://gorchev.lib.ru/…/Predystoriya%20…/Index_contents.html
http://www.kunstkamera.ru/…/987-5-…/987-5-88431-196-1_06.pdf
http://www.vesti.ru/doc.html?id=420113&cid=7
http://www.vesti.ru/doc.html?id=287712
https://www.zaks.ru/new/archive/view/81316
Много на эту тему писал Даниил Коцюбинский:
http://www.fontanka.ru/2011/06/08/176/
http://kotsubinsky.livejournal.com/192788.html
* * *
У меня в ЖЖ об этом же:
А потом началась эпоха мифотворчества. И для жителей новой хозяйки этих земель, Российской империи, ничего того о чем вы прочитали выше, как-бы и не стало.
В этой мифологии не существовавшее в действительности дикое пустынное безлюдное болотистое поле стало считаться истино-сущим, а сущий город с двадцатитысячным населением, объявлялся как-бы недействительным.
Вы думаете, что Пушкин не знал, как оно было на самом деле?
Знал прекрасно, но тем не менее, у всех считающих себя образованными людьми, при словах "Санкт-Петербург времен Петра Первого", перед мысленным взором возникают не картины Ганзейского союза, оживленной морской и городской торговли, не войн за обладание издавна известным и выгодным торговым портом, а лживое пушкинское:
На берегу пустынных волн,
Стоял он, дум великих полн,...
Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво.
Потому что империи нужны были героические мифы, в которых Петр предстал бы основателем, начинающим с нуля демиургом. Потому что Северная Пальмира в общественном сознании должны была выглядеть рожденной волею Петра из пены морской на абсолютно пустом месте.
Вобщем -
"Тьмы низких истин им дороже.
Их возвышающий обман".
Этот пост размещен также на http://mysliwiec.dreamwidth.org/
Составленная в период между 1635 и 1645 гг., она запечатлела мой родной город за 70 лет до того, как он якобы был основан Петром I.
В действительности он был основан еще в 1611 г. шведами и представлял собой город Ниен (Nyen, т.е., Нева; вариант названия - Nyenstadt) с крепостью Ниеншанц (Nyenskans) на правом берегу Невы, в районе Охты, и целый конгломерат поселений, раскинутых вокруг.
Во второй половине 17 в. население Ниена достигло 2000 человек. В нем была ратуша, больница, две церкви, шведская и немецкая, а через Неву, на месте нынешнего Смольного монастыря, находилась и православная церковь.
В Ниене было немало хороших пильных заводов и строились надежные корабли. На традиционную трехнедельную августовскую ярмарку в город съезжались купцы со всей Северной Европы. Из Новгорода, Тихвина, Ладоги сюда привозили рожь, овес, горох, свинину, говядину, сало, масло, лососину, деготь, смолу, пеньку, лен и лес. Через Новгород поступали и пользовавшиеся большой популярностью в Европе восточные ткани: шелк, плюш, дамаск, а также шкуры, кожи, меха и холсты. А из Северной Европы импортировали металлы: железо, медь, свинец, зеркала, английское и голландское сукно, немецкие шерстяные ткани, бархат и шляпы.
Инфраструктура «Большого Ниена» включала в себя 40 деревень, как ижорских, так и русских, и несколько шведских усадьб. На Васильевском о-ве, где я вырос, вдоль берегов Малой Невы, располагалась деревня Хирвисари. Можно предположить, что в самом начале 18 века, до того, как эти территории попали под контроль Петра I, население «Большого Ниена» составляло не менее 4000-5000 человек, что было совсем немало по тогдашним временам.
Российская историография предпочла вычеркнуть 92 года из истории города и представила дело так, что к моменту появления тут русских войск, устье Невы являло собой безлюдные «берега пустынных волн», на которых постоял Петр, «дум великих полн», и решил основать там стольный град Санктъ-Петербурхъ.
Вопреки «пустынности» невских берегов, прибывшие русские вельможи селились в домах, ранее принадлежащихместной шведской знати (например, имение шведского майора Эриха Берндта фон Коноу стало Летним садом); кирпич для строительства Петропавловской крепости производился тут же, в Ниене; продовольствие поставлялось из деревень «Большого Ниена».
Впоследствии по приказу Петра I крепость Ниеншанц была разрушена — видимо, чтобы уничтожить конкурента в борьбе за право исторического первородства. Остатки крепости были обнаружены во время археологических раскопок в конце 1990-х гг. в районе Красногвардейской площади.
Более того, на месте раскопок в 2003 г. удалось создать музей Ниеншанца, но когда через несколько лет они стали мешать "Газпрому" строить печально известный "Охта-центр", музей вырвали из естественного места расположения и со всеми обнаруженными артифактами перенесли подальше, а восстановление развалин остановили.
Парадокс ситуации состоит в том, что каждый город пытается найти корни своего происхождения и гордится, если удается доказать, что его родословная оказалась древнее хотя бы на десяток лет. Однако у города на Неве безжалостно вырвали целую главу из его истории и украли у него почти целый век жизни.
Лично я отказываюсь считать 1703 годом основания города. Закладка Петропавловской крепости московитами в 1703 г. — не более значимое событие, чем закладка крепости Ниеншанц шведами в 1611 г.
В заключении скажу, что Ниен - не самое древнее поселение, которое стояло в устье Невы. В 1300 г. те же шведы возвели там же, в районе Охты, крепость под названием Ландскрона, которая, правда, уже через несколько лет была разрушена новгородскими войсками.
Но и на месте Ландскроны и Ниеншанца были найдены развалины еще более древнего новгородского городища, датируемого по меньшей мере 13 веком. В отличие от Ландскроны и Ниена это городище даже не упоминается в исторических документах.
P.S.
Карта ориентирована с юга на север (как это было принято в те времена), а точнее даже с северо-востока на юго-запад.
Для того чтобы было проще узнать изображенную местность, я пере-ориентировал изображение.
Поэтому, чтобы прочитать все надписи на карте, необходимо перевернуть изображение обратно.
Перевод надписей со шведского на русский представлен здесь: http://www.vostlit.info/…/Sweden/Karta_Nevy_1640/text.phtml…
Там же содержится описание и истории карты, и принципов ее датировки.
PP.S. Некоторые из материалов о Ниене и допетровской истории нашего города:
http://studopedia.org/1-65760.html
http://gorchev.lib.ru/…/Predystoriya%20…/Index_contents.html
http://www.kunstkamera.ru/…/987-5-…/987-5-88431-196-1_06.pdf
http://www.vesti.ru/doc.html?id=420113&cid=7
http://www.vesti.ru/doc.html?id=287712
https://www.zaks.ru/new/archive/view/81316
Много на эту тему писал Даниил Коцюбинский:
http://www.fontanka.ru/2011/06/08/176/
http://kotsubinsky.livejournal.com/192788.html
* * *
У меня в ЖЖ об этом же:
А потом началась эпоха мифотворчества. И для жителей новой хозяйки этих земель, Российской империи, ничего того о чем вы прочитали выше, как-бы и не стало.
В этой мифологии не существовавшее в действительности дикое пустынное безлюдное болотистое поле стало считаться истино-сущим, а сущий город с двадцатитысячным населением, объявлялся как-бы недействительным.
Вы думаете, что Пушкин не знал, как оно было на самом деле?
Знал прекрасно, но тем не менее, у всех считающих себя образованными людьми, при словах "Санкт-Петербург времен Петра Первого", перед мысленным взором возникают не картины Ганзейского союза, оживленной морской и городской торговли, не войн за обладание издавна известным и выгодным торговым портом, а лживое пушкинское:
На берегу пустынных волн,
Стоял он, дум великих полн,...
Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво.
Потому что империи нужны были героические мифы, в которых Петр предстал бы основателем, начинающим с нуля демиургом. Потому что Северная Пальмира в общественном сознании должны была выглядеть рожденной волею Петра из пены морской на абсолютно пустом месте.
Вобщем -
"Тьмы низких истин им дороже.
Их возвышающий обман".
Этот пост размещен также на http://mysliwiec.dreamwidth.org/
Підписатися на RSS