Блогосфера про війну
Середа, 3 Жовтень 2018 19:08НАТО появилось 69 лет назад. Евросоюзу – если мерить от Маастрихтского договора – недавно стукнуло 25. Украина стремится в оба объединения, но кто может сказать наверняка, сколько времени просуществует и то, и другое?
Мы не знаем судьбу шенгенского соглашения. Ему 33 года и уже сегодня некоторые страны возвращают контроль на национальных границах. Ассоциация с ЕС и безвиз выглядят как победы. Но кто готов поручиться за долговременность обоих договоров?
На этом фоне Томос – быть может самая важная поворотная точка последних четырех лет. Просто потому, что у него нет срока годности. Церковные горизонты масштабнее мирских. И то, что дискуссия об автокефалии апеллирует к событиям пятнадцатого века – лишь очередное тому подтверждение.
Томос не только закрепляет украинский дрейф от бывшей метрополии. Не только меняет баланс сил в православной ойкумене.
Он еще служит тем самым «сэйвом», с которого всегда можно восстановиться.
Можно проиграть противнику или самим себе.
Попасть под оккупацию или скатиться в «венесуэлу».
Но обнулить точку конфессионального невозврата не сможем ни мы, ни кто-то еще.
…
По сути, Томос лишает российское государство сразу двух опор. Трудно считать себя Третьим Римом в ситуации, когда Второй доказывает свою субъектность. Даруя автокефалию той церкви, ради «переваривания» которой Москва в свое время решила пропустить собственных верующих через мясорубку.
А утрата концепции «Третьего Рима», в свою очередь, выносит на поверхность еще одну важную дискуссию. Например о том, что российское государство является наследником не столько Константинополя, сколько улуса Джучи. Он же – Золотая Орда.
А потому - да. Томос для украинской церкви – это больше, чем история про предвыборное. Это история про то, как символическое меняет политическое. Просто потому, что будущее принадлежит тому, кто обладает монополией на интерпретацию прошлого.
Как мы помним, несколько раз подряд и под разными аспектами Вселенский Патриархат показал, что Украина никогда не была каноничной частью московской церкви.
Из Москвы стали звучать длинные конструкции о том, что Константинополь не прав и вот почему. Россияне считали, что на Руси христианство было начато не в Киеве и не в 988 году, а на 2 года раньше в 986 году, когда был крещен киевский князь Владимир, в последствии крестивший киевлян.
Этот хитрый ход был сделан для того, чтобы показать истоки христианства в Херсонесе, а уже сам факт крещения киевлян поставить вторым номером, мол все началось с Крыма.
Возможно, одной из причин захвата Крыма был именно этот исторический факт, мол вот мы владеем (хоть и в режиме оккупации) колыбелью православного крещения Руси, к которой они себя безосновательно привязывают.
И вот, когда все желающие высказались на сей счет и убедили себя в том, что не просто так захватили Крым, а как некую исконную точку, которая дает им возможность считать православие своим завоеванием, они получили удар под дых.
Да – Владимир – киевский князь, хоть православие получил в Херсонесе. Но ошибка московитов была в том, что они намеренно отвязались от даты крещения Киева, и для того, чтобы зацепиться за другую территорию, стали утверждать, что точка начала православия не в Киеве, а в Херсонесе, и для этого достаточно ориентироваться просто на князя, крестившегося первым, и на место, где это произошло. В этот момент мышеловка захлопнулась именно потому, что нынешняя московская власть, светская и духовная – тупа и не образована. Как только она сталкивается с теми, кто профессионально владеет предметом – начинаются проблемы. Так случилось и в этот раз.
Представитель Вселенского Патриархата при всемирном совете церквей в Женеве, архиепископ Тельминский Иов пояснил, что Киевская митрополия канонически и исторически, с момента своего основания всегда была частью Вселенского Патриархата, потому что отсчет ведется не от 988 года, когда был крещен Киев, и не с 986 года, когда был крещен Владимир, а примерно с 860 года, когда был крещен первый киевский князь Аскольд, во время его похода в Константинополь, который потом ошибочно был приписан Олегу.
Так и сказал: «Со времен основания, и князя Аскольда и княгини Ольги».
Это значит, что если для Москвы было достаточно одного крещенного князя Владимира, чтобы вести дальнейшие рассуждения об истоках православия, то Вселенский Патриархат ответил той же монетой и указал на крещенного и не в Херсонесе, а в Константинополе, князя Аскольда. И вот теперь получается, что всю свою исконность и духовность Москва растоптала сама, просто углубившись в спекуляции.
Таким образом, уже вырисовывается алгоритм разрушения лепрозория. Разваливать его будут только и исключительно россияне. Собственными руками. Главное – правильно подбросить дровишек, а дальше россияне сожгут все самостоятельно, и так, как этого никто не сможет сделать, ибо в разрушении русским нет конкуренции.
19 вересня 2014 р. контактна група в Мінську, у складі посла Росії Міхаіла Зурабова, пенсіонера Леоніда Кучми, спецпредставника ОБСЄ Хайді Тельявіні, і двох чуваків – Плотницького і Захарченка, підписали Меморандум про припинення вогню і відвід важкої зброї. Меморандумом – відомим ще як «Мінська угода», була завершена літня кампанія 2014 р. Відтоді Москва, вустами всіх своїх рупорів – від Соловйова і Затуліна, до політолога Белковського і терориста Стрєлкова-Гіркіна – переконує весь світ, ніби того дня президент РФ Владімір Путін не дав російській армії розгромити Україну остаточно. Нібито він зупинив свої війська за крок від перемоги. Навіщо? Кажуть, що Путін боявся реакції Заходу. Ще версії – Путіну було потрібне в Україні постійне джерело напруги (яке ослаблювало б Україну) і що Путін планував повернути території ДиРи назад в Україну у вигляді автономії, з представництвом у Верховній Раді, і цим, типу, заблокувати інтеграцію України до ЄС і НАТО.
Підписатися на RSS